Сочувствие и поддержка. Почему вам никто ничего не рассказывает?

Мне часто приходится слышать от друзей и знакомых сетования на близких: мол, вот он/она ничем со мной не делится, ничего мне не рассказывает, а уж я и так, и сяк… Я задумалась, почему же многие предпочитают не говорить с родными о своих проблемах, и среди прочих причин, выделила одну, которая показалась мне важной…

Мне часто приходится слышать от друзей и знакомых сетования на близких: мол, вот он/она ничем со мной не делится, ничего мне не рассказывает, а уж я и так, и сяк… Я задумалась, почему же многие предпочитают не говорить с родными о своих проблемах, и среди прочих причин, выделила одну, которая показалась мне важной. Очень часто такая скрытность – не избыток гордости, не боязнь огорчить вас, и даже не наплевательство на ваше мнение. Это банальное желание спокойно жить и спокойно решать свои проблемы.

Огромное количество людей элементарно не умеет слушать, деликатно сочувствовать и поддерживать в горе. Это вам кажется, что вы «уж и так, и сяк», а на самом деле от такого сострадания порой хочется запереться в темном подвале. Вот поделится человек своей проблемой, и тут же на него обрушивается лавина «кудахтанья»: ой, да как же это, да что же теперь, куда ж ты теперь, бедняжечка, сиротинушка, горе-то какое и т.д. Лично я еще не встречала человека, у которого бы просыпалось желание выговориться и выплакаться под чужие стенания и причитания.

Если все ограничится только этим – еще полбеды. Беда, если о сугубо личных проблемах на другой день будут знать все соседи, сослуживцы, друзья, знакомые, полузнакомые и незнакомые. Причем вы тоже сделаете это из лучших побуждений – рассказать всем, авось, кто что и посоветует, ведь помочь же надо, ведь как же он там теперь, бедняжечка… А согласия человека на разглашение всему миру его забот, разумеется, никто не спрашивал.

Мой бывший начальник рассказывал мне такую историю. Как-то раз – это были лихие 90-е годы – их завод прикрыли «на реорганизацию». Провернули все хитрым образом – всех уволили, предприятие переименовали и всех обратно через неделю и приняли. Дело в ту пору обычное. Так вот, угораздило его дома проговориться бабушке, что, мол, их с женой уволили, а потом примут обратно… Потом они с женой удивлялись, с чего им повадилась звонить вся родня с вопросом, был ли суд и как они отвертелись. Все оказалось просто – бабушка обзвонила всех, кого могла:

– А моих-то, моих-то с работы поперли! Да как за что, за профанацию! А как недельный срок отбудут, так, может, и назад примут! Делать-то что теперь, помогите!

Словом, что реорганизация, что профанация, что электрификация всей страны…

Ну, ладно, можно многое простить бабушке, для которой внук – на всю жизнь дитя неразумное, а в силу своего жизненного опыта и возраста она уже не ждет от жизни хороших новостей. А вот когда вроде бы и сочувствие, но переходит оно в упреки и ссоры, тут уже сложно списать на стариковские представления о мире. Во скольких семьях, например, когда заболевает ребенок, даже безобидной простудой без температуры, начинается война:

– Это вы простудили! Это вы не одели! Это вы недоглядели! – и т.д.

И через час – звонки ото всех тетушек, детных подруг и других доброжелателей:

– А травку заваривали? Так заварите, чего ж вы ждете! А капельки купили? А закапали? Закапайте быстро, вам бы только время терять! А сапожки теплые надели? Да вы его в реанимацию хотите отправить, что ли?

Вы кого-то успокоили этой истерикой? Ребенку сразу стало лучше? Вас поблагодарили?

А уж если со здоровьем ребенка, не дай Бог, все серьезно, то прямые обвинения и поиски главного виновного – конек многих «групп поддержки». Устал/устала? Тяжело? А вот раньше надо было думать, ведь еще когда говорили, предупреждали, теперь с кого спрашивать, раз сами виноваты, помалкивайте.

Я уж молчу про какие-то семейные ссоры, а то и развод. Есть необходимость в самых нелестных выражениях обсуждать, кто, что и кому теперь должен? Высказывать все, что вы думаете об этом союзе? Вытягивать из без того задерганных людей свежие подробности: а ты что? а она что? а ты ей? а он тебе? а ты скажи!.. а он пускай!.. Неудивительно, что многие, пройдя процедуру развода, замыкаются в себе и отгораживаются ото всех – особенно, от тех, кто все это время был рядом…

Получается, с одной стороны – как же так, ведь я же хочу помочь, поддержать всей душой, а с другой – чем с такими костылями, уж лучше ползком. С одной стороны – я здесь с моей жилеткой, пусть человек выплачется, ему же полегчает, а с другой – лучше молча поплакать, чем запускать в душу чужой экскаватор, когда там и без того все перерыто.

Другая крайность по отношению к чужим жалобам – это обесценить их, свести до уровня пустяка, а самого жалобщика – до уровня идиота, переживающего на пустом месте.

– Да забей ты! Это все фигня, а ты переживаешь! Давай лучше… (далее следует предложение выпить, съездить на море, найти любовника/цу, изменить прическу и еще куча полезных советов).

Конечно, все ерунда, пустяк! Это же у него ерунда, а не у меня! У меня вот – да, у меня серьезная драма, а у него – не стоящий внимания пустяк, как просто! Чужое, оно и болеть-то не может по-настоящему!

Не спорю, замечательно, если вы человек, способный увидеть проблему под другим углом, и даже заставить над ней посмеяться и таким способом ослабить ее силу и найти верное решение. Но когда раз за разом от всех чужих забот вы отмахиваетесь легким «да забей ты», от вас волей-неволей будут отдаляться и искать поддержки в другом месте.

В общем, если вам кажется, что близкие не делятся с вами своими горестями, задумайтесь – почему? Умение правильно поддержать – это искусство, которое приходится долго и больно постигать, и принцип «не навреди!» здесь так же работает в полную силу.

Если на проблемы родных и друзей вы реагируете одним из описанных способов – не удивляйтесь, что в другой раз люди постараются держать вас в блаженном неведении относительно своих неприятностей. Они вас любят, очень любят – только за что-то другое.

Но вот в горе, извините, лучше как-нибудь без вас…