Проективный метод. Может ли рисунок дать информацию о ком-то, кроме рисовавшего?

Рассуждая о проективных тестах, мы пришли к выводу, что многие из них, вопреки утверждению их поклонников, дают информацию не о характере испытуемого, а об особенностях поведения Доминирующего и Подчинённого членов семьи человека, заполняющего тест…

Рассуждая о проективных тестах, мы пришли к выводу, что многие из них, вопреки утверждению их поклонников, дают информацию не о характере испытуемого, а об особенностях поведения Доминирующего и Подчинённого членов семьи человека, заполняющего тест. В связи с этим следует осмотрительно подходить к интерпретации тестов, где испытуемый должен истолковать мотивы поведения нарисованного персонажа. Нет никакой гарантии, что испытуемый отождествляет этого персонажа с собой, а не со своими родственниками.

То же самое касается вопросов типа: «Почему люди совершают жестокие поступки?» Человек отвечает на них, оглядываясь не на себя, а на тех же Доминирующего и Подчинённого. А вот тесты, в которых испытуемый должен нарисовать что-либо сам, как правило, действительно являются самопроективными. Тем не менее психологи порой некорректно используют эти тесты для добывания информации не о самом испытуемом, а… о его окружении, причём даже в случаях, когда эта информация влечёт за собой далеко идущие юридические последствия.

Достаточно известным является дело, по которому был осуждён замначальника отдела Минтранса РФ Владимир Макаров, которому инкриминировали развратные действия в отношении своей семилетней дочери Карины. Не будем обсуждать здесь все доказательства, которые были приведены стороной обвинения, однако одно из них явно не имеет отношения к делу. Чтобы установить, было ли насилие в отношении девочки, психолог Лейла Соколова предложила ей известный тест «Нарисуй несуществующее животное».

Карина изобразила свою любимую куклу в виде девушки-кошки с хвостом (вы можете найти многочисленные фотографии таких кукол в Интернете), и психолог вынесла заключение о том, что хвост на детском рисунке представляет собой… фаллический символ, который указывает на факт совершения преступления в отношении малолетней. В качестве доказательства развратных действий психолог, не подозревавшая о существовании подобных кукол, указала на неестественную «сексуализацию образа» кошки (кукла-кошка изображена с талией и бёдрами).

Общепризнано, что когда ребёнок или взрослый рисует несуществующее животное, он изображает самого себя. Таким образом, хвост животного является частью «автопортрета», а не элементом чего-то извне. В Интернете выложены три рисунка Карины с изображением кошки, и всякий раз хвост изображён однотипно, что доказывает, что этот атрибут символизирует какую-то сторону личности рисовавшей, а не нечто случайное, существующее отдельно от неё.

Специалист института им. Сербского Елена Дозорцева в своём выступлении на радио «Свобода» раскритиковала заключение Л. Соколовой, однако обратила внимание совершенно на другое – на то, что изображённый хвост на «фаллический символ» не тянет, а также на то, что рисовать себя в виде принцессы с талией и бедрами свойственно всем девочкам. А вот на то, что хвост кошки в принципе не мог символизировать кого-то иного, кроме самой девочки, она почему-то не указала, и это означает, что в институте им. Сербского тоже способны толковать рисунки произвольным образом.

Странно и то, что никто из экспертов не обратил внимания на полное отсутствие в рисунке Карины признаков агрессии против взрослых. Вспоминаю, как тот же самый тест проводили во время учебы нашей группе. Каких только зубастых динозавров с когтями и шипами не изображали некоторые студенты, в том числе и с вполне мирным поведением! А вот округлые и пушистые существа, нарисованные Кариной, вообще никаких признаков агрессии и тревоги не обнаруживают. Единственное, к чему можно придраться (и на это, конечно же, указала Лейла Соколова), это то, что хвост у девушки-кошки чёрного цвета. Но ведь у нормального человека должно быть хоть какое-то выражение агрессии, и вполне логично, что эта агрессия была передана через изображение хвоста: ведь кошка, когда недовольна, начинает слегка постукивать хвостом из стороны в стороны об землю. Я думаю, Карина изобразила так хвост сознательно, ведь у неё в доме была и настоящая кошка, за поведением которой она имела возможность наблюдать.

Директор центра, в котором работала Соколова, Евгений Иосифович Цымбал (кстати, член редколлегии альманаха «Вопросы ювенальной юстиции») многозначительно указал на то, что когда психолог спросила девочку, где и с кем живёт нарисованное ею существо, та ответила, что живёт она сама по себе на улице и питается молниями. По его мнению, это указывает на то, что девочка была в семье чужой.

Однако вспомним, во-первых, известный мультфильм «Кот, который гулял сам по себе». Кошка – общепризнанный символ свободы и независимости. То, что девочка хочет быть самостоятельной, свидетельствует о её нормальном развитии. Во-вторых, кошки, как известно, любят сидеть перед грозой на крыльце или на форточке. Как говорят в народе, они «питаются энергией грозы». Вот откуда идут слова Карины о том, что её кошка «питается молниями»! Простая мысль, которая почему-то не пришла в голову ни одному из экспертов.

К какому выводу я подвожу читателя? Роль «подсознания» сильно преувеличена. Когда человек рисует фантастическое животное, которым он себя ощущает, или выполняет иной проективный тест, он руководствуется не «подсознанием», а совершенно рациональными соображениями. Достаточно спросить: «Почему твоя кошка живёт на улице, а не в доме? Почему она питается молниями, а не молоком и сметаной? Почему у неё чёрный хвост? Почему он такой большой?» – и вы получите исчерпывающие ответы, объясняющие каждую деталь рисунка, и эти объяснения зачастую перечёркивают привычные шаблонные толкования.

Рисуночный тест должен быть не средством выколачивания из испытуемого каких-то образов, которые можно будет потом как угодно толковать, а лишь поводом к началу разговора с совместным обсуждением нарисованного, причём этот разговор должен всё больше приближаться к реальной жизни тестируемого. Спросите: «Кого боится нарисованное тобой существо? Где оно любит бывать и где не любит? Почему?» И только когда ребёнок напрямую скажет, что боится идти домой, потому что ему там грозит вполне конкретная опасность, с этим можно идти в суд.

Обратим внимание ещё на одну особенность. Психолог сказала девочке нарисовать мужскую фигуру, но это задание вызвало у неё раздражение, и мужчина так и не был нарисован, что было сочтено доказательством того, что дочь ненавидит отца. В действительности это обстоятельство лишь подтверждает следующее. Когда человек сам рисует произвольное фантастическое животное, он действительно изображает самого себя (в отличие от ситуации, когда он толкует действия персонажа, нарисованного художником, и может воспринимать рисунок как портрет своего Доминирующего или Подчинённого родителя). Если же испытуемого заставляют нарисовать живое существо, которое он с собой заведомо не отождествляет, ему это сделать крайне трудно.

Эксперты, по-видимому, уже забыли себя в детстве и не помнят, что девочки не умеют рисовать мужские фигуры, а мальчики – женские. И только в ходе целенаправленных занятий, где детей учат это делать, некоторые из них годам к 12 начинают изображать представителей противоположного пола, да и то делая их похожими на представителей своего пола. Очень часто такое неумение встречается и у взрослых, даже у художников. Например, найдите в Интернете картины Адольфа Гитлера, особенно пейзажи. Не правда ли, весьма профессионально? А теперь найдите, как он изображал женщин. По меньшей мере, это смешно: невооружённым взглядом видно, что рисовал мужчина.

Тестирование ребёнка путём рисования и комментирования нарисованного зачастую приводит к ложным результатам и потому, что на сюжет рисунка оказывают влияние недавние события, а также специфические условия жизни семьи, о которых психолог не знает. Продемонстрирую это на примере тестирования пятилетнего ребёнка в детском саду.

Продолжение следует…